 |
|
|
|
Ездоки санного поезда предавались двум извечным российским удовольствиям - дорожному пению и дорожной беседе. Эрасту Петровичу подумалось: уж не из этого ли корня произрастает вся отечественная словесность, с ее неспешностью, душевными компаниями и беспредельной раскрепощенностью мысли? Где еще мог почувствовать себя свободным житель этой вечно несвободной страны? Лишь в дороге, где ни барина, ни начальника, ни семьи. А расстояния огромны, природа сурова, одиночество беспредельно.
Б. Акунин, "Нефритовые четки"
[ посмотреть все]
- Милый, я так устала - мы идем уже два часа!
- Потерпи, милая. Скоро привал.
- Не могу! Мне рюкзак плечи натер, кеды жмут, солнце печет!
- Ну что же я могу сделать, любимая?
- Может, ты вылезешь из рюкзака?
[ посмотреть все]
Язык – поток, либо струя, проходящая между двух сближенных камней.
[ посмотреть все]
|
|
|
|
|
|
|
03.08.06 Грустное, тоскливое чувство всегда овладевает мной, лишь только пройдут первые порывы радостей по возвращению на Родину. И чем более бежит время среди обыденной жизни, тем более и более растет эта тоска, словно в далеких пустнях Азии, покинуто что-то незабвенное, дорогое, чего не найти в Европе. Да, в пустынях действительно имеется исключительное благо - свобода, правда дикая, но зато ничем не стесненная, чуть не абсолютная. Путешественник стaновится там цивилизованным дикарем и пользуется лучшими сторонами крайних стадий человеческого развития... Трудности физические, раз они миновали, легко забываются и только еще сильнее оттеняют в воспоминаниях радостные минуты удач и счастья. Вот почему истому путешественнику невозможно позабыть своих странствий даже при самых лучших условиях дальнейшего существования. День и ночь неминуемо ему грезятся картины счастливого прошлого и манить променять вновь удобства и покой цивилизованной обстановки на трудную, по временам неприветливую, но зато свободную и славную странническую жизнь.
Н.М. Пржевальский 1883г.
"Из Зайсана через Хами в Тибет".
|
|
Народное: