Rambler's Top100
 Новости  |  Отчеты  |  Фотоальбом  |  Мы  |  Разное   послать сообщение 
Главная / Отчеты / один день в Минске

Народное:

Если у костра поют – это туристы, если разводят руками – это рыболовы.
[посмотреть все] [добавить цитату]


Тур-анекдот:

Два альпиниста лезут по отвесной стене. Все выдохлись, и вот долгожданная вершина. Сели огляделись вокруг.
– Красота!!! Достали по бутылке пивка. Сидят, хорошо! Вдруг рядом голос:
– Молодые люди, бутылочки не выбрасывайте...
[посмотреть все] [пошутить самому]


Из справочника туриста:

Бочка – коварное локальное речное препятствие с пенным котлом у основания и обратным течением (противотоком) на поверхности.
[посмотреть все] [дополнить]


Последние новости:


один день в Минске

поездка: январь 2005
Автор: Дмитрий Серегин

I

Количество всевозможных бумаг и документов на моём рабочем столе за последнее время начисто отучило меня от порядка. Беспорядок на столе, беспорядок в голове, в жизни тоже беспорядок – всё по сути слишком рядом, чтобы чувствовать себя без прикрас Героем Дня.
И вдруг, средь этого бесперспективного дня – перспектива съездить в Минск.
- Перспективный бесперспективняк! Что может быть лучше? – подумал я и мгновенно согласился.
По моим представлениям это был самый лучший способ внести хоть какую-то определённость и значимость в моё существование, тем более что я никогда не был в городе Минске. Не был там и Паша, который, собственно, и предложил столь необычный вояж в братскую Белоруссию. К слову, у нас там вообще никого не было и, как мы думали, быть не могло.
У нас туда было дело. А оттуда у нас дел не было. Там же – нас ждало что-то новое и необыкновенное. За этим всем мы и отправились на пару в дружной мужской компании. Купили билеты, завершили рабочую неделю и приехали на Белорусский вокзал.
Приученные готовится к любой пятиминутной вылазке, как к многомесячной экспедиции, снарядились мы по полной программе. Взяли с собой деньги, документы, паспорта, тёплые вещи, смену белья, бумажные носовые платки, командные футболки Telemak-Team, фотоаппараты, мобильные телефоны, плеер, наушники, книжку, курительные трубки, табак, и даже принадлежности для чистки и фирменные запасные фильтры. В добавок ко всему прочему я прихватил с собой ещё тёплую но уже неживую курицу и дюжину разноцветных салфеток. То есть у нас с собой было всё. А того, чего у нас с собой не было, мы докупили уже на вокзале перед самым нашим отъездом.

II

Вечерело. Над городом повисла снежная буря и гонимый пятничным настроением рабочий люд старался поскорее добраться до своих убогих жилищ. А нам было весело! Мы накупили в дорогу множество всякой орехово-чипсовой снеди и совсем немного пива с водкой. Поэтому наше настроение соответствовало скорее празднику, чем официальной церемонии отбытия. Провожающих не было.
Другое дело поезд. Наши впечатления от поездки должны были скрашивать одинокие женщины, с удовольствием согласившиеся составить нам компанию. И всё же, дословно переводя девиз не понаслышке знавшего жизнь Боба Марли:
- No woman, no «край»!
Мы расположились посередине нашего плацкарта, в то время как оставшаяся часть населения, в данном случае женская, заняла стратегические места у противоположных окон. Две юные нимфы не погнушались боковых мест, а две дамы постбальзаковского возраста нижних полок. Нас же, как одиноких мужчин, загнали на самую верхотуру. Видимо дамы ожидали от нас ночного падения и в моральном и в буквальном смысле, уповая на природный, т.е. естественный земной магнетизм. Но, на нашу удачу, их порочным замыслам не суждено было сбыться.
Мы с Пашей быстро обосновались в вагоне и, не дожидаясь стука колёс, отпраздновали начало пути.

III

- О, как же вы коварны, женщины и имя вам – Легион! – носилось в моём голове нечто псевдобиблейское.
Причиной таких волнений послужила сцена разыгранная одной из нимф за несколько минут до отправления поезда и события последовавшие за ней.
В то время как мы уже ополовинили сосуды с пивом, с улицы в окне нашего плацкарта замаячила странная физиономия молодого человека. Юноша по-идиотски кривил губами и делал недвусмысленные знаки одной из пассажирок. Поначалу девушка вела себя скромно и, накарябав на тетрадном клочке бумаги какие-то закорючки, быстро показала их влюбленному созданию. Но расстояние и скорость с которой она это проделала не оставляли юноше никаких шансов. И он беспомощно продолжил строить счастливую гримасу во всё окно. Девушка с трудом, но поняла, что мужчина её мечты не улавливает мысль через толщу стекла и предприняла отчаянную попытку приблизиться к нему, сократив расстояния до минимума.
Всё это время мы и в особенности две дамы постбальзаковского возраста с нескрываемым интересом наблюдали за всем происходящим. Шекспировская трагедия на белорусский лад не могла оставить нас безучастными, поэтому, как только нимфа поспешила навстречу парню-улыбке, мы расступились и позволили им воссоединиться у запотевшего окна. Девушка показывала юноше то исчирканную бумажку, то свой мобильный телефон, то ещё какие-то предметы личного характера, а он в ответ продолжал тупо улыбаться, характерно переминаясь с ноги на ногу, и кивать своей запиханной в шапку головой. Влюблённая идиллия.
Однако каково было моё удивление, когда часом позже, эта же самая девушка вывалилась в тамбур со случайно подобранной в вагоне подругой и двумя пластиковыми стаканчиками с огненной жидкостью внутри. Будучи явно весёлой по-жизни и в данный момент навеселе, она удивилась нашему обычному вечернему моциону с трубками и не без удовольствия затянулась во всю грудь. Табак из трубки произвёл на неё странное впечатление и с осоловевшими глазами она ушла в беседу со схожим по формату разумом. Курить она больше не выходила, а пить водку, видимо, продолжала всю ночь, ибо, сходя в Минске, я отметил, что она уверенно спит до Бреста. Идиотская улыбка юноши до сих пор виновато стоит у меня перед глазами.

IV

Впрочем, весь поезд был полон инцидентов локального характера. Мы не замечали и половины происходящего вокруг и спокойно следовали впереди состава на пару тройку часов, когда по нашему представлению, мы уже должны были оказаться в Минске.
Дело, которое ждало нас в Минске, вынашивалось нами несколько лет. И имело принципиальный характер. Мы ехали заказывать катамаран-двойку: Белрафт – 2ТТ. И заодно, познакомиться с его производителем, Новиковым Александром. Задумка покупать катамаран в Белоруссии была и финансово выгодна и конструкторски интересна. Испробовав за свою походную жизнь множество различных судов, начиная от Красного Солнышка и заканчивая Рафтмастером, мы должны были впервые встретится с таким явлением как Белрафт. А так как схематично-описательно мы симпатизировали новому судну, то поехать и увидеть его вживую показалась нам очень даже правильно. Поэтому в дороге мы обсуждали и суда и дальнейшие планы: раскатка, майский поход, летний поход. Как водится, говорили и о реках: Мста, Пахра у п. Володарский, Аксаут, Большая Лаба, Большой Зеленчук, Катунь.
Особенно приятно разговаривать о весне в обледенелом тамбуре спешащего вслед за твоими мечтами поезда. Мы затянули трубки и разговор наполнился сладким табачным ароматом. Народ периодически выходил «покурить» со своими «KING SIZE», но при виде нас, поспешно ретировался. Не помню сколько времени мы так простояли, но курили мы неспешно и тамбур даже успел немного оттаять, впитав в себя чуждый запах аристократии.
Помню, что не выкурил и половины, когда дверь тамбура открылась и перед нами возник юноша средних лет молодецкой наружности. В руках он вертел длинную ароматную сигариллу «Captain Black» с явным намерением получить от неё максимальное наслаждение. Мы с Пашей переглянулись и почтительно отозвались о его намерениях, с трудом сдерживая улыбки. После трёх коротких затяжек он затушил сигариллу и резким жестом отбросил её в сторону, пробурчав что-то вроде:
- У вас лучше!
Больше мы его не видели. И после того, как он выскочил из тамбура, ещё очень долго и громко смеялись, воспроизводя его отчаянный жест по выбрасыванию недокуренной сигариллы.

V

Спустя некоторое время, опьянённые напитками и табачным дымом, мы легли спать, попутно заметив, что в поезде совсем нет ни туристов, ни спортсменов, света в плацкарте слишком много и потолки слишком высокие, по причине отсутствия нависающих над головами катамаранов и рюкзаков.
- Выворачивайте карманы!
- У меня ничего нет!
- Посмотрите в вещах!
- Я уже смотрела. Ничего у меня нет!
- Посмотрите ещё раз!
- Вы уже всё забрали!
- Вы это нарочно делаете? Покажите мне ваш кошелёк!
- Я повторяю: я отдала свой билет вам вместе с деньгами, билет вы забрали, а деньги за бельё вернули. Так что билет остался у вас. Я его передала через парня, здесь все свидетели!
- Какого парня?
- Вот этого парня!
- Это этот парень? Это он?!
В половине четвёртого утра озверевшая проводница теребит меня за колено и требует показать ей мои карманы, очевидно желая найти в них нечто ценное. При чём делает это с полной самоотдачей и беспринципностью. Конечно, в своей жизни я подвергался всякого рода обыскам и насилию, но чтобы такому и ещё со стороны женщины и посреди ночи. Я был удивлён, но что больше печалило – нагло разбужен.
- Нет у меня никакого билета, он у вас, – с этими словами я повернулся к проводнице спиной и постарался уснуть. Как я не добавил ничего лишнего к уже сказанному, я не знаю. Но проводница, видимо осознав, что добиться от меня чего-либо другого будет невозможно, а то и опасно, продолжила тормошить бедную на глазах стареющую женщину.
Весь этот инцидент с потерянным билетом стоил нам около часа бессонницы, целую дорогу пустословных перепалок и брани, а также жуткую головную боль, начиная с утра и до самого обеда, пока меня не угостили несладкой обезболивающей таблеткой.
Проверка выявила недостачу и проводницу оштрафовали на стоимость билета. Дама так и не добилась справедливости у начальника поезда и обе враждующие стороны остались при своём мнении:
- Она сама виновата! Ходила собирала в руки, а должна в папку класть. У них для этого такие специальные папки есть, а она всё в одной руке – вот и потеряла, дура!
- Это она нарочно сделала! Спрятала, а теперь специально мне не показывает, а ещё меня обвиняет, дура!
Мы собрали вещи, попили чай и вспомнили, что вчера за весь вечер так и не съели курицу. Завтракать жареной мёртвой птицей мы не хотели. Поэтому решили временно поносить её с собой. Так мы и появились на платформе центрального железнодорожного вокзала на Привокзальной площади города Минска: при параде, проголодавшиеся, не выспавшиеся и с оцепеневшей московской курицей в походном рюкзаке.

VI

- Первым делом нужно найти обменник!
- Угу. И карту, карту нужно купить.
- Интересно, а сколько у них стоит жевачка?
- Жевачка… шестьсот рублей!
- Сколько? Шестьсот?!
В дальнейшем, весь день можно обозначить как постоянная мена и подсчёт денег. Рублей русских на рубли белорусские. Деревянные на фантики. По курсу один к семидесяти семи. И это нужно почувствовать: когда ты протягиваешь в окошко голубенькую тысячарублёвку, а взамен получаешь семьдесят семь тысяч разноцветных разноформатных купюр. Достоинством от десяти рублей до пятидесяти тысяч. В один миг ты становишься и миллионером и владыкой мира. Но самое главное, не стараться сразу же что-нибудь купить, потому как цены кладут наповал.
Я, например, так и не смог адаптироваться к курсу и постоянно испытывал шок от сумм свыше двадцати тысяч наличными, в особенности, когда это касалось каких-нибудь банальных вещей. Немалой заслугой этого феномена было и то, что помимо курса ещё и сами цены на товары отличались от привычных московских, как рыба от рыбных палочек.
Порядок цен на некоторые товары общего потребления:
- жевачка – 600 бел.рублей – 8 рублей.
- напиток «Пепси» – один литр – 2100 бел.рублей – 27 рублей.
- карта Минска – 4000 бел.рублей – 52 рубля.
- билет на автобус – 350 бел.рублей – 4,5 рубля.
- такси с проездом по всему городу – 7000 бел.рублей – 90 рублей.
- шапка меховая ондатровая мужская– 55000 бел.рублей – 714 рублей.
- шуба меховая норковая женская – 320000 бел.рублей – 4155 рублей.
- костюм мужской классический шерстяной – 170000 бел.рублей – 2200 рублей.
- жетон в камеру хранения ручной клади на вокзале – 250 бел.рублей – 15 копеечная монета образца 1987-89 годов СССР.
Ясное дело, что, разменяв деньги и купив карту города, мы отправились… нет, не за покупками, а на встречу с Александром Новиковым, дабы узреть, пощупать и попробовать на зуб готовый катамаран-четвёрку, который должны были увезти в тот же день ещё одни соратники по веслу из всё той же Москвы.

VII

О людях едущих за четвёркой мы знали немного, только то, что, они едут тем же поездом что и мы. Поэтому катамаран они должны были забирать утром. Но, благодаря врождённой смекалке и подробной, пошаговой схеме проезда А. Новикова до дома А. Новикова, мы приехали первыми с отрывом более получаса, что даже по меркам ралли Париж – Дакар является существенным преимуществом.
Владимир и Катя, как я и говорил, подъехали за четвёркой несколько позже и мы успели хорошенько рассмотреть половину собранного катамарана. В том помещении где он находился собрать катамаран-четвёрку целиком невозможно.
Мы познакомились с Александром Новиковым и его женой, любезно угощавшей нас завтраком. Александр оказался очень приятным и добрым человеком, хорошо знающим своё дело и, что самое главное, горящий инициативой инноваций и постоянного совершенства. Он не понаслышке знает, что такое катамараны и сам в своё время исходил почти весь Алтай. Так ещё в 1989 году он прошёл знаменитую реку Чулышман, являющую собой классическую 6 к.с. – по всем советским и международным классификациям.
Мы поговорили о том кто, как, что, когда и на чём ходит. Посмотрели фильм с алтайской реки Китой, которую Александр ходил уже на катамаранах своей конструкции. Обсудили технические параметры и особенности конструкций всех известных нам катамаранов, посмотрели фотографии всех видов катамаранов которые производит он сам, рассказали о нашем опыте Куликовских катамаранов. И так просто, поговорили обо всём понемножку: о катамаранах.
Мне Александр понравился по своим человеческим характеристикам и за его особенный взгляд и азарт водника стремящегося сделать что-то необыкновенное в своём любимом деле. Я нередко встречал такие горящие взгляды творцов, но всё больше среди лиц иных профессий, а здесь, Александр, расспрашивая нас о нашем опыте эксплуатации катамаранов, больше походил на изобретателя стремящегося уловить подсказку для его собственной единственной и неповторимой формулы совершенства.
По нему было видно, что он не просто производит суда, а живёт этим, самореализуется морально и материально, и за одно это я уже был готов пожать ему руку. Как и всякий творческий человек, он не удержался и посвятил нас в грандиозные планы своих дальнейших свершений по усовершенствованию и производству новых модификаций, но как человек технически подкованный, тут же с инженерной точностью объяснил все их конструктивные особенности.
Сейчас он производит катамараны двойки и четвёрки классической и усовершенствованной компоновки. В планах дальнейшее развитие производства, которое на данный момент находится у него на дому и выпуск всё более и более совершенных суден. Александр очень серьёзно относится ко всем рекламациям и советам касающихся его катамаранов и отдельно собирает все мнения о своей продукции, дабы вносить необходимые изменения. Что особенно меня порадовало, так это то, что Александр Новиков именно катамаранщик до мозга костей, и всякого рода полиэтилены абсолютно его не трогают, ни как производителя, ни как творца.
Мы хорошо пообщались и у нас сложились добрые дружеские отношения, которые, надеемся, будут развиваться и впредь. В том числе, его предложение вместе сходить на Чулышман – показалось нам очень даже заманчивым, но только чуть погодя, совсем немного.

VIII

Спустя полчаса мы познакомились с Владимиром и Катей, представителями клуба «Три Стихии», решившими сменить каяки на катамаран, так сказать орало на меч. Мы вместе осмотрели их четвёрку, обсудили, а потом собрали и запаковали. На этом и попрощались, обменявшись координатами, ибо ребята спешили веселиться/развлекаться дальше, а мы ещё толком не знали куда себя подать.
Начиная с Москвы мы озаботились проблемой гида, то есть Паша высказал правильную мысль, что гид нам необходим. Я тоже думал об этом, но отнёсся к проблеме несколько проще, так сказать без напора. К тому же, так получилось, что в последний момент у нас в городе Минске нашлись если не родственники, то уж точно друзья. Одной из таких родственниц, при чем по моей линии душевного развития оказалась Настя – молодая поэтесса.
На самом деле, если бы не заданный формат данного произведения, я бы подробно описал насколько важен и дорог мне этот человек. Тем более, что вот уже много лет как мы с Настей хорошо знаем друг друга, а так ни разу и не виделись. На мою удачу, в последний момент, перед самым отъездом, мы таки нашлись в мешанине Интернета и теперь мне оставалось только набрать номер её телефона. Что я и сделал:
- Алло, привет! Это Димка из Москвы.
- Привет! Рада тебя слышать!
- Я тоже! Ты сможешь сегодня встретиться? Я уже в Минске.
- Да, смогу, конечно!
- Отлично! Где и во сколько?
- В три часа на Октябрьской, в центре зала, там ещё мостик, вот под ним.
- Договорились! Я буду в красной куртке и жёлтом шарфе, так что ты меня легко узнаешь, - здесь я заулыбался и представил себя как есть, и правда выглядело смешно. Она заулыбалась в ответ, но подтвердила встречу. Так мы и договорились о том, чего не ожидали друг от друга, целую вечность.

IX

От Новикова мы направились в сторону ближайшего кафе. Будучи в гостях, мы постоянно предлагали отведать нашу прекрасную курицу. Но ни Володя с Катей, ни сами Новиковы, так и не решились пойти на это. Нам же нужно было поскорее от неё избавиться.
Мы уже не были так голодны, как утром после поезда, но и не настолько сыты, чтобы скормить курицу собакам, коих, кстати, как и бомжей, на улицах Минска нет, как нет. Лучшим заведением для ритуального поедания курицы должен был бы стать «Ростикс». Но ресторанов такого уровня в Минске нет, за исключением тривиальных Макдональдсов. Ближайший попался нам буквально через триста метров от дома Новикова. Но мало того, что цены на «еду» оказались такими же, что и в Москве, так и также как и в Москве, в Минске, все посадочные места были заняты.
Суббота, день, детские праздники. Данный ресторан явно не был рассчитан на посетителей больше трёх с половиной Человек. И обиженные мы решили протестовать против всеобщей амеракнизации и глобализации. Расположившись под деревом у самого входа/выхода в Макдональдс, мы достали курицу и принялись с особым аппетитом и чувством внутреннего достоинства поглощать её расчленённые части. То, что люди при виде нас не падали в обморок сразу, а ещё некоторое время держались на своих тощих ногах, позволяет мне сделать предположение, что в последнее время Мак улучшил своё качество и в Биг-Мак, хоть иногда стали подкладывать чьё-то мясо. В остальном, наш поздний завтрак на свежем воздухе сделал своё дело и посетители ресторана уже не утверждали что предложенные им блюда вкусны и питательны. Мы же, решили впредь не брать с собой никаких куриц и не запугивать благочестивых белорусов вкусной и здоровой пищей.

X

Прокатившись на такси с окраины города до центрального универсального магазина ЦУМ за шестьдесят российских рублей, мы решили сделать некоторые покупки. Времени до встречи с Настей у нас было предостаточно, а денег и того больше. Но, как я уже говорил ранее, шоковое состояние в котором я пребывал от вида цен, не позволило мне отдать предпочтение хоть какой-то нужной/ненужной мне вещи. Зато Паша успел выбрать себе костюм и даже примерить его. Но костюм пришлось спешно отложить, ибо обменных пунктов в самом ЦУМе нет, а времени менять в других местах уже не осталось.
Мы сорвались на встречу с Настей в ближайшее метро. И здесь нас ждала ещё одна особенность Минска. Все станции минского метро снаружи, то есть на улице написаны по-русски, как и на картах предлагаемых к продаже, но на карте метрополитена в вагонах метро, а также из уст машиниста, все станции звучат на местный лад. Поэтому поиски станции Октябрьская чуть было не завершились полным фиаско. Вновь спасла смекалка и интуиция, так что на встречу мы добрались секунда в секунду.
Настя уже стояла под мостиком и читала книжку с чужими стихами. После недолгих дружеских приветствий мы потянули Настю назад в ЦУМ, выкупать отложенный костюм, а потом гулять по городу. Настя не возражала. В дальнейшем, она так и проходила с нами весь остаток дня, почти восемь часов, ни разу не пожаловавшись и не отметив, что она устала или замёрзла.

XI

Настя показала нам центр Минска, попутно рассказывая о тех или иных его достопримечательностях. О всевозможных историях связанных с людьми его населяющими и о тех изменениях, которые город претерпел после 1945 года. Информации было столько, а ходила Настя так быстро, что мы еле поспевали запоминать и переводить дух, так что Паша попросил дойти до вокзала и оставить в камере хранения часть наших вещей и полученных впечатлений. Что и было сделано.
Из того, что запомнилось наиболее ярко то, что Минск удивительный город по своему настроению и характеру, в этом он не похож ни на один известный мне город, за исключением Москвы. То, что Минск строился по плану застройки Москвы находит своё отражение во многих вещах, но всё-таки, Минск шире в улицах, просторнее в переулках, менее заставлен домами, и уж конечно намного спокойнее.
Движение машин в городе схоже с периферийным, а пробки – явление, о котором здесь говорить вообще не приходится. Также, в Минске практически отсутствует реклама и всяческий информационный «спам», которого в Москве на каждом квадратном сантиметре, вплоть до экрана мобильного телефона и крышки мусорного бака. В Минске реально чувствуешь информационный голод и пустые голые стены. Может быть поэтому архитектура города воспринимается намного сильнее и красочней, а общая атмосфера не напрягает и несёт некое душевное умиротворение.
Самая московская улица города и, наверное, поэтому центральная – проспект Франциска Скорины. Сходство с Тверской порою доходят до «дежа вю», особенно если брать во внимание спуск от Камергерского до Кремля и от улицы Козлова до площади Победы. Мы гуляли по этой улице больше всего.
Особо запомнились: шумное и громоздкое здание ЦУМ «Минск», стоящее рядом белёсое псевдопафосное здание Концертного зала Белгосфилармонии, восседающий напротив монументальный памятник национальному писателю Якубу Коласу (Константину Михайловичу Мицкевичу), типичное институтское общежитие на параллельной улице Золотая Горка и здесь же, единственный на весь город столичный боулинг-клуб; немного ниже по проспекту, скрытый в подворотне, торжественный, как бы возвышающийся на естественном пригорке, в стиле неоготики Троицкий Золотогорский костел Святого Роха, с удивительным огороженным парком вокруг, по словам Насти – это любимое место минских художников, которые являются завсегдатаями стоящего по-соседству выставочного зала «Палац мастацтва» - здания ярко-фиолетового цвета отвечающего самой сути абстракции, настроением схожего с «Синим Домом» Марка Шагала; чуть ниже, на площади Победы, высоченной колонной возвышается Монумент Победы с вечным огнём у подножия, вокруг и около которого толпятся безумные молодожёны в шикарных праздничных нарядах; долгий мост через речку Свислочь с видом на парк и загадочное колесо обозрения, с которого в ясную погоду наверное можно разглядеть весь Минск; безликое здание Белгосцирка и странная, шабаловского вида, местная телебашня, на которую, опять же со слов Насти, можно подняться, стоит лишь опустить некую специальную пожарную лестницу; пустынный Центральный сквер и расположенную за ним тихую и неприметную резиденцию Президента Республики Белоруссия, которые напрочь растворяются в небытии на фоне стоящего напротив Дворца Республики, именуемого не иначе, как «саркофаг», один вид которого приводит в дрожь и трепет, смешиваясь с чувством ужаса и естественного желания сравнять всю эту постройку с уровнем белорусской земли; порадовал центр историко-архитектурной зоны с восстановленным в 2004 году зданием Ратуши на площади Свободы (Соборной площади), где ранее располагались ещё и иезуитский костел, бернардинская и базилианские монастыри, а ныне только Ратуша; также неподалёку от Ратуши расположен комплекс потрясающих коричнево-оранжевых зданий относящихся к Белорусской Государственной Академии Музыки и величественный и невероятно красивый белоснежный памятник белорусского борокко – Архикафедральный костел Пресвятой Девы Марии; на пересечении проспекта Франциска Скорины и улицы Советская, по сути уже на самой Площади Независимости, построен необыкновенный Красный костел, костел Святых Симона и Елены с элементами готики и стиля модерн; и здесь же, два стоящие друг напротив друга здания гиганты, скопление бетона, стекла и грязно-серого цвета, две горы, глядя на которые понимаешь буквально, что значит «грызть гранит науки», здание Белорусского Государственного Педагогического Университета (БГПУ) и здание Белорусского Государственного Университета (БГУ), в коридорах которых, по словам Насти, можно заблудиться раз и навсегда, не иначе как в застенках ОГПУ; Бобруйская улица, вход в метро Площадь Независимости и Привокзальная площадь, вместе с железнодорожным вокзалом, образующие своего рода бермудский треугольник, из которого всё уходит и уезжает в самые непонятные и неизвестные направления; район у метро Немига, с видом на реку Свислочь и маленький островок – Храм-памятник погибшим в Афганистане, расположенными здесь же, на берегу Свислочи, Раковским предместьем – самой древней частью города и памятниками бездарной советской архитектуры гостиницей «Юбилейная» и кинотеатром «Москва»; необыкновенный каток «на Немиге» и уютное Троицкое предместье, на противоположной стороне Свислочи, отреставрированное в конце прошлого века, как цельный историко-архитектурный комплекс старого Минска с его типичной дореволюционной застройкой, более всего напоминающее старый Вильнюс с его узкими улочками и мелкой брусчаткой.
Настя показала нам самые замечательные уголки Минска и рассказала об этом городе столько, что уже сегодня я бы мог водить экскурсии по городу и получать за это короткие белорусские рубли. Скажем так, мы были под впечатлением от увиденного и на этой почве у нас разыгрался невероятный аппетит, утолить который мы собрались в ресторане.

XII

Не то что бы я в Москве каждый день ужинаю в ресторанах и каждый раз в разных, но за последнее время вошло в хорошую привычку не задумываться о том, где можно поесть, если без особых претензий. Обычно так и случается что, договорившись о встрече и оказавшись в результате где-то в городе, идёшь в первое приглянувшееся на вид заведение и получаешь стандартное меню со стандартными «блюдами от шефа». Есть, конечно, редкие приятные исключения, но салат «Греческий» или «Цезарь» можно теперь вкусить даже в мороженице. Да и самих заведений «кафешного» типа в Москве на каждом углу по паре. В Минске же с этим достаточно сложно.
Главным нашим желанием, было желание согреться, отдохнуть от прогулки и отпраздновать столь удачные выходные. Паша и я поочередно строили планы о том что и как мы будем есть. Но кафе, куда мы первоначально направлялись, оказалось забронированным до конца дня. И нам пришлось вновь, через весь город, ехать в другое. Однако, как показало время, это было судьбоносное решение.
Итак, мы в унисон думали о вкусном ужине, и лишь Настя наотрез грезила чём-то нереальным:
- Сейчас поужинаем! Ох, как уже хочется есть. А ты что будешь?
- Я буду кофе.
- Кофе? И всё? Нет, а из еды, поесть там… выпить?
- Нет-нет, я кофе. Я больше ничего не хочу.
- За весь день-то и только кофе? Эх, поскорее бы!
Мы доехали до улицы Франциска Скорины на сотом автобусе, единственном маршруте в городе, на котором работает кондуктор и на котором мы ездили чаще всего, и вышли у дома девятнадцать. В этом доме, вернее в уютном подвале и находится самый шикарный ресторан в городе Минске.

XIII

Конечно, мы и знать не знали и ведать не ведали, что это заведение столь популярно у всякого рода «звёзд», но фотографии известных лиц на почётном месте не оставляли никаких сомнений. Звёзды российской эстрады и шоу-бизнеса по некоторым субъективным причинам настолько надоели мне за последнее рабочее время, что фотографировать их иконостас пришлось лишь для подтверждения достоверности своих слов. Перечислять же их попсовые фамилии я не собираюсь, я лучше расскажу о меню.
Не совру, сказав, что такого меню я не видел нигде и никогда, начиная от ассортимента и заканчивая оформлением. Каждое блюдо носило своё оригинальное название и описывалось до мелочей, ко всему прочему, здесь же прилагалась фотография, на которой оно было запечатлено в приготовленном виде. Желание отсканировать или сфотографировать каждую страничку меню было даже больше, чем сил его читать. Потому как чтением этого меню следовало бы заниматься лёжа на диване, довольно покуривая кальян и размышляя о еде, как о чём-то возвышенном.
Нам же просто хотелось вкусно поесть. Поэтому, очаровательная официантка Наташа, оказавшаяся давней знакомой Насти, подоспела как раз вовремя, чтобы подхватить наши измученные голодом и холодом тела и порекомендовать самые вкусные яства.
Заказано было всего и всего много, от ухи, до телятины, а до десерта дотянула лишь Настя, и то, благодаря тому, что пропустила добрую половину прекраснейших блюд. Но что меня поразило больше всего, как гурмана, эстета и ценителя всякого рода цимусов, так это «напитки от шефа». На Пашин вопрос, полметра или метр, я, недолго думая, ответил, что метр, но, вовремя спохватившись и заглянув в меню, переиграл на половину.
- Полметра водки в студию! – гордо провозгласил Паша.
- И вы это выпьете? – удивлённо подняла глаза Настя.
- Ха!.. – умилённо отреагировал я.
Вот так всё и началось: игра в биатлон, когда сидя друг напротив друга перед полуметровой чередой стопок с водкой, мы с Пашей обменивались синхронными тостами и ставили пустые стопки назад в ячейки. Игра оказалась очень увлекательной и мы договорились непременно повторить её и в следующий раз. Настя пила глинтвейн и явно не собиралась играть с нами в такие игры. Ужин удался. Мы были абсолютно сыты, немного пьяны и достаточно веселы, чтобы в оставшееся время ещё немного прогуляться по ночному Минску.

XIV

При выходе из кафе мы ещё раз сделали памятные фотографии, в том числе и с первопечатником Франциском Скориной и устремились на Немигу. Нам снова понадобилось поменять немного русских на много белорусских. В этот раз мы дошли аж до гостиницы Юбилейная, ибо обменные пункты в обычных банках и обменниках «с колёс», чисто минское явление, работали синхронно: уходили/приходили на обед/с обеда и закрывались/открывались в одно и тоже время, видимо ни в какую не желая зарабатывать лишние деньги.
В запасе у нас оставалось несколько часов, до того момента, когда поезд заберёт нас назад в Москву, и мы решили провести их весело и непринуждённо. Мы пошли на каток, минский каток «на Немиге». Состояние льда было кошмарным: снежный настил покрывал всё ледяное полотно от и до, льда попросту не было видно, к тому же, многочисленные ямы и канавки как нарочно приходились на самые катаемые места, но всё бы ничего, да только из нас троих на коньках умел кататься лишь один.
Коньки пришлось брать в прокат. Сумма проката практически даром, зато в залог требовали либо права, либо деньги, либо мобильный телефон. Итого: за три пары – три мобильных. Однако когда Паша показал свой аппарат, прокатчик чуть не опрокинулся и мгновенно выдал всё что мы просили, на целый час получив в своё распоряжение телефон с рекламной картинки. Мы быстро переобулись и я впервые за много лет «вспомнил» что же это такое, когда под твоими ногами всё движется в одну сторону, а ты при этом упорно пытаешься двигаться в другую.
У Насти опыт стояния на коньках был таким же, т.е. если я не помнил, когда я это делал в последний раз, то её воспоминая строго датировались детством. И только Паша с лёгкостью Слуцкой кружился вокруг нас, только что не делая тройной тулуп или мостик.
Уже через полчаса, держась за руки, мы с Настей накатывали круг за кругом на довольно приличной скорости. И что удивительно, практически не сбивались и не падали, ну может только однажды, и то, потому что ну уж очень я хотел упасть, решив, что «для начала» нужно попробовать это сделать нарочно. Мы так здорово покатались и повеселились, что времени, которого казалось было с излишком, осталось впритык.
Мы сделали ещё один кружок и поспешили на выход. Теперь я смело горжусь тем, что умею кататься на коньках и обладаю навыками особой техники свободного скольжения знаменитой минской школы фигурального выкатывания. После коньков мои ноги совершенно не болели и лишь походка выдавала меня как отъявленного фигуриста.

XV

В довершении дня, Настя показала нам Троицкое предместье и мы ещё некоторое время бродили по очаровательным улочкам «старого Минска». Время нашего пребывания в городе неумолимо подходило к концу. Мы вышли на дорогу и побрели в поисках минского такси. Спустя пару минут, не дойдя до искомого, поймали первые попавшиеся машины и на одной отправили Настю домой, а на другой поехали на вокзал. Прощались горячо и пылко, только что без слёз. День был долгим и трудным, но благодаря Насте, интересным и незабываемым. За что ей, то есть тебе Настя, отдельный воздушный, но самый настоящий поцелуй.
Билеты с минского вокзала обратно в Москву оказались немного дороже, чем если бы мы их покупали в Москве, но в целом, всё также. Правда, на этот раз мы ехали на боковых и почти у выхода, зато спали всю ночь до самого утра. Москва встретила нас похолоданием, обилием снега, бесконечным потомком людей, машин и всем тем, о чём мы так легко и благополучно забыли на один выходной день в радушном городе Минске.
Надеюсь, что ближайшая наша поездка осуществится буквально через несколько месяцев и на этот раз мы поедем уже не вдвоём, а более многочисленным составом, и растянем удовольствие не на один день и пол, а на два и на целый или даже полтора метра!

07.02.2005 г.
Просмотров: 10642


Время загрузки страницы: 0.012 сек.
Просмотров всего: 13089493
Просмотров 1-ой стр.: 954618
Статьи
:) 2003 telemark-team
Перепечатка материалов при ссылке на источник приветствуется.
Для вопросов, отзывов и предложений.

Клуб Хронических Водников